Вы только что вернулись из студии — значит, идёт работа над каким-то альбомом?..

Вы только что вернулись из студии — значит, идёт работа над каким-то альбомом?..
Да, я участвовал в записи альбома, но не своего проекта, а проекта саксофониста Алекса Новикова. Я его музыкальный руководитель, а иногда ещё и руководитель эстрадно-симфонического оркестра, который выступает вместе с ним.

Расскажите сначала о себе: вы выросли в интересной музыкальной семье...
У меня старинная музыкальная династия, которая продолжается с 1870-х годов. Все мои прадеды, деды, отец и мама в том числе, - все имеют музыкальные корни и всю жизнь занимались музыкой — классической, правда. Мои родители были педагогами, мама — по вокалу, отец — по хоровому дирижированию. Представители династии Агафонниковых в основном работали в церкви: отец регентовал, то есть был руководителем церковного хора, и мама всегда была при нём, пела и преподавала пение. Мои прадеды, Владимир и Николай, были как представители духовенства расстреляны в 1937 году на Бутовском полигоне — сейчас на этом месте установлена мемориальная доска, на которой есть их имена.

Наверняка богатое семейное прошлое создавало особую среду ваши детские годы...
Да, отец начал учить меня играть на фортепиано, когда мне было 7 лет. И уже на второй год домашнего обучения я мог играть пьесы, которые разучивают на втором курсе училища. Дома у нас часто проходили своего рода посиделки: приезжал брат отца, Юрий Владимирович, — он около сорока лет проработал звукорежиссёром в «Останкино» — и мы  устраивали музыкальные вечера. У меня было ещё два двоюродных брата — к сожалению, никого из них не осталось в живых: и братья, и дядя рано ушли из жизни. Но в те годы они часто приезжали в гости, а там, знаете, как это бывает: «Ну, давай, Вовочка, теперь ты нам сыграй». Мне кажется, что когда твоё детство так явно наполнено музыкой, сложно даже сказать, сам ты проявляешь к ней интерес или это просто для тебя — повседневность. На самом деле, я вообще не хотел заниматься, учился фактически из-под палки. Отец всегда строго подходил к этим вопросам, а мама — защищала. Отец говорил: «Он талантливый парень, но очень ленивый». И вот пришло время поступать в музыкальную школу. Я уже к тому времени играл сложные пьесы, и мы надеялись, что меня возьмут хотя бы на второй курс музыкальной школы. Но, к сожалению, в те советские времена это было невозможно, и меня посадили в первый класс. Там я моментально разучился играть — всё забыл просто. Но тем не менее, именно в музыкальной школе, годам к одиннадцати, я понял, какую именно музыку хочу играть.  Мне повезло, что моим педагогом оказался мужчина: его звали Павилович Александр Александрович. Во время занятий мы делали маленькие перерывы, а в классе обычно стояло два фортепиано, и пока я отдыхал, он садился за инструмент и начинал играть интересные секвенции и аккорды. Тогда я не понимал, что это называется джазом. Я подсмотрел у него один аккорд, запомнил его и подумал: «Вот это — музыка! Вот чем я буду заниматься».  Было время, когда я мог вылететь из музыкальной школы, потому что мне совершенно не хотелось учиться. Хотелось играть в футбол, как и всем...

Но как вы поняли, что музыка — это ваше призвание?
В школе — ещё общеобразовательной — мной был создан школьный ансамбль. Свою музыку я начал писать ещё лет в 11-12. У нашего басиста был ключ от актового зала, и мы проводили там каждое воскресенье, с десяти утра до десяти вечера. А однажды девочка, которая пела в школьном ансамбле, познакомила нас с одним парнем, он играл джаз на гитаре. Его звали Виктор, он был больших размеров, занимался одновременно и музыкой, и каратэ, и йогой, и всем чем угодно. В то время о джазе он знал намного больше меня и даже кое-чему меня научил — аккордам, импровизации. И мы в домашних условиях записывали на кассеты «Desafinado» Жобима, «Can’t Buy Me Love» The Beatles в джазовой обработке, «Take Five» Брубека... Так я окончательно определился со своими интересами, несмотря на то что вся моя семья занималась классической музыкой.

Вы продолжили своё образование?
Я окончил училище (ныне Государственный музыкальный колледж им. Гнесиных — прим. автора), потом пошёл в армию.Самое интересное, что после армии я поступил в медицинское училище, получил фельдшерское образование. Даже тригода проработал на 13-й подстанции скорой помощи. А в музыку меня вернул мой товарищ, всё произошло случайно. Онпозвонил мне и сказал, что есть место на клавишных в ресторане. На то время — это был 93 год — там платили больше,даже обеды давали. И тогда я прямо на машине скорой помощи поехал на прослушивание. Я снял халат, сел за рояль, имне сказали, что уже в тот же вечер надо выходить на сцену. Я объяснил, что вечером не могу, потому что у менясутки заканчивались только на следующий день. Но мы договорились, что я выхожу на работу завтра. На утро, сдавсвою смену на скорой, я подошёл к заведующему с заявлением об увольнении, но он обозлился на меня и сказал, что ябуду отрабатывать две недели по КЗОТу. Я не мог оставаться ещё на две недели, и в итоге меня уволили по 33-йстатье за прогул. Так что начиная с 1993 года я постоянно занимаюсь музыкой.

А когда появились ваши первые проекты?
В том же 1993 году на фирме грамзаписи «Мелодия» вышел диск моей группы «Пижон & Co». Мой брат, Олег Агафонников,играл в этом проекте на барабанах, он же и пел. Вскоре нас пригласили на телевидение, на программы «Шире круг» и«Вечернее музыкальное кафе». Кстати, в то же время я работал тапёром в кафе «Маргарита» на Патриарших прудах, иоднажды туда пришёл один человек, который пригласил меня и саксофониста для работы в новом ночном клубе«Арлекино». Это был самый первый развлекательный центр в Москве. Там у нас была джазовая программа, и за два годаработы я успел поиграть с большим количеством хороших музыкантов. Мы работали каждую ночь, практически безвыходных. Но вы знаете, музыканты долго не задерживаются в одном клубе... Так некоторое время я проработал сразными составами, был таким вольным художником — как и каждый музыкант, наверное. И бывают такие периоды в жизни,когда заработка практически нет, или его очень мало. В такой вот период один мой друг попросил меня помочь ему сработой: он занимался поставками кондитерских изделий из Москвы в Екатеринбург. Оттуда приезжала фура, еёзагружали печеньями, она ехала обратно. Моя работа заключалась в том, что я считал коробки по накладной, и почтигод я проработал курьером. Надо было так случиться, что за год один единственный раз не пришла машина и у меняобразовался выходной. В этот же день мне позвонил мой хороший знакомый, гитарист, и пригласил меня съездить напрослушивание к Тамаре Гвердцители, которая только вернулась из США и набирала группу. Машина из Екатеринбурга таки не пришла, и у меня появилась возможность съездить на прослушивание — а уже через два дня я улетел с ТамаройГвердцители на гастроли. Началась загруженная гастрольная жизнь, так я и проработал семь лет. А когда я пересталработать с Народной артисткой, я и подумал о создании своего проекта — так появился Агафонников-бэнд. Название унего такое не потому, что это моя фамилия, а потому что в нём ещё участвует мой брат. Вообще я хотел привлечь всехсвоих братьев и сестёр, но не получилось в итоге.
Мы сделали программу, в которой был и джаз, и фьюжн, и латино, и фанк-музыка. Она называлась «Музыкальнаяколлекция», и играли мы не собственные композиции, а кавер-версии. В основном это были каверы на песни Эла Джерро.Так мы выступали по разным московским клубам, а в 2006-м году поехали на фестиваль «Джаз Коктебель», где играли натой же сцене, что и гитарист Стэнли Кларк.
Потом мы стали работать в несколько усечённом составе, но уже с другой программой: она стала болееинструментальной, и играем мы в основном авторскую музыку. Сейчас Агафонников-бэнд работает в вокальном квартетномварианте: я на клавишных, Виктор Пономарёв на басу, Эдуард Лаубингер на барабанах. Причём на вокале у нас -джазовая певица Анастасия Пугач, она в своё время работала и с Игорем Бутманом.
В октябре выходит мой первый сольный альбом «Волшебство в Рождество», который я записал с замечательнымимузыкантами: саксофонистом Михаилом Савиным, трубачами Владимиром Галактионовым и Вадимом Зайдиным, бас-гитаристом,Алексеем Заволокиным и барабанщиком Эдуардом Петрухиным. Альбом уже записан, пока продаётся только в интернете, носкоро выйдет и физически на лейбле WWW Records. На заглавную композицию, кстати, снят клип, его крутили потелеканалу «Столица» почти полгода.
Музыка с альбома написана в разное время: композиция «Bossa Love» вообще появилась в 1993 году, и именно с ней,кстати, нас пригласили на «Вечернее музыкальное кафе». Но поскольку сейчас уже другой век на дворе, мы еёпереаранжировали по-новому. На альбоме, кстати, будет несколько песен как в инструментальном варианте, так и в вокальном.

А вы как лучше слышите собственную музыку — инструментально или с вокалом?
Нельзя так сказать, инструментально или вокально, — всё интересно. Вообще я квартетный музыкант, мне всегда удобноработать в квартете. Во-первых, это немного раскрепощает мышление, потому что если, скажем, ещё привлекатьгитариста в коллектив, то часто возникают гармонические конфликты. А когда ты работаешь в одиночку какгармонический инструмент, то у тебя более обширное поле для фантазии, ты можешь придумать что-то новое в следующую же секунду.

В каком направлении вы планируете двигаться дальше?
Ну, сейчас выйдет диск, это уже определённая планка. С ним будет связано много работы. Думаю, что мы обязательноорганизуем презентацию этого диска, поедем на гастроли с новой программой... А дальше — будем думать.
Сейчас у меня много времени уходит на проект с Алексом Новиковым. На первом альбоме Алекса 90% музыки — моегоавторства. К тому же мы часто выступаем вместе. Агафонников-бэнд вместе с Алексом Новиковым уже выступали сДжорджем Бенсоном на одной сцене. Для меня это было знаковое событие! Можете себе представить: в детстве я слушалзаписи Бенсона в наушниках, а тут мне не просто удалось выступить с ним, но и лично пообщаться, сидеть в ресторанеза одним столом, разговаривать с ним о музыке!.. Тем же составом мы, кстати, выступали и с гитаристом Френсисом Гойей. И это большая честь для нас играть на одной сцене со звёздами такой величины.

Журнал "Джаз.Ру" декабрь 2010